Николай Эйхвальд (fon_eichwald) wrote,
Николай Эйхвальд
fon_eichwald

О сапожницком ноже и продолжении рода

Не так давно описывал я в/для Википедии одну историю, случившуюся 2108 лет тому назад. Некто Марк Ливий Друз, один из самых богатых и знатных людей Рима, то ли провожал гостей поздним осенним вечером, то ли возвращался этим самым вечером домой (в истории античности вообще слишком много неясностей и ситуаций, когда одинаково вероятны две версии, три, четыре). Был он тогда народным трибуном и пытался провести курс реформ, чтобы вывести республику из кризиса. Из реформ ничего не вышло, сенат, одобривший было все законопроекты, вскоре их отменил, была осень, и до конца полномочий оставалось совсем немного: трибунский год заканчивался даже не 31 декабря, а 9-го.

Так вот. Марк Ливий стоял у выхода из дома, окружённый толпой, прощался со своими сторонниками - и неожиданно вскрикнул: "Я ранен!" Люди увидели, что из верхней части его бедра торчит нож (но самого удара никто не заметил, так что осталось неясным, кто его нанёс). Нож, видимо, тут же вытащили, и хлынувшая кровь залила лицо матери Друза и стены дома. Марк Ливий умер спустя несколько часов в страшных мучениях, потому что нож, острый, как бритва, нож, какими пользовались сапожники-крепидарии, достал до внутренностей. Сразу после этой смерти началась гражданская война, которая унесла ещё около 200 тысяч жителей и опустошила всю Италию.

А спустя несколько десятилетий в римской истории действовал человек по имени Марк Ливий Друз Клавдиан. Судя по имени, он от рождения был Клавдием, но потом его усыновил Марк Ливий Друз - именно этот, поскольку он был единственным носителем такого имени после смерти отца. Дочерью Клавдиана была небезызвестная Ливия - жена Августа, мать императора Тиберия, бабка императора Клавдия, прабабка Калигулы и Нерона. А поскольку римляне (по-видимому) не видели разницы между родными детьми и приёмными, получается, что трибун, убитый сапожницким ножом, был прямым предком всех этих хорошо известных нам персонажей.

Пишу я это потому, что узнал о новой гипотезе, связанной с Друзом-старшим и Друзом Клавдианом. Первый из них прожил совсем недолго, максимум 33 года, и явно мог рассчитывать, что у него будут свои дети. Второму, судя по хронологии его карьеры, было к моменту смерти приёмного отца от силы несколько лет. И вот она, гипотеза: тем вечером, когда в Марка Ливия всадили нож, у него ещё не было сына. Только понимая, что умирает, он решил усыновить кого-нибудь, чтобы не угас его род, и кто-то из присутствовавших при этом друзей Друза, принадлежавших к патрицианскому роду Клавдиев (может быть, один из Клавдиев Пульхров, может - один из Клавдиев Неронов), уступил ему своего ребёнка.

Если всё было именно так (но точного знания в этом вопросе, конечно, не будет), то это самый драматичный эпизод в истории римской аристократии. Хотя тут же возникает контраргумент: почему столь эффектную историю не упоминает, например, Тацит?
Tags: Рим
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments