Николай Эйхвальд (fon_eichwald) wrote,
Николай Эйхвальд
fon_eichwald

Category:

Повторное завоевание Руси поляками

Dzieje_cyw_06

Об этой картине уже заходила речь в моём блоге. Почему, мол, завоевание Руси именно повторное? Теперь я выяснил, что писал в комментариях к своему опусу сам художник.

"Великие замыслы правления Храброго осуществились при последнем Пясте, Казимире Великом, как ни при ком из его предшественников.

Великий законодатель, защитник угнетённых, - он повернулся на восток, к Руси, под властью нормандско (?)-языческой Литвы состоящей.

Три похода казимировы позволили добавить к пястовскому орлу гербы четырёх русских удельных земель: галицкой, волынской, белзской и перемышльской.

Во Львове собранные княжеские и королевские сокровища, такие, как трон, покрытый золотом и драгоценными камнями, корона, крест и драгоценные одежды, увёз Казимир в Краков, а перед смертью наделил ими епископские кафедры.

Поставленные королём для управления завоёванными землями княжата участвуют в заложении первого камня в основание кафедрального католического костёла в русской столице Львове. Впереди процессии восточно-византийского духовенства с владыкой во главе присягают королю князья: Ежи Белзский, Александр Кориадович Волынско-Луцкий и Дашко, староста Перемышльский.

Вскоре изгнанные Любарт, племянник Ольгерда (sic), и Данило из Острога стоят в восточных шлемах под крестом в окружении монахов.

Король, помня слова принесённой ему присяги и подтверждая данное им слово о равенстве прав, бросает свой перстень в расщелину между камнями фундамента.

О судьбе новой паствы размышляет доминиканец Кристин, первый архиепископ Львовский, тогда как архиепископ гнезненский Якуб Свинка благословляет собравшихся.

Евреи, узнав о подтверждении привилегий Болеслава Калишского, славят Господа и величие церкви прославляют..."

Итак, речь здесь сразу о двух вещах. Во-первых - об осуществлении замыслов Болеслава Храброго. Этот король когда-то взял Киев, а его потомок спустя три с половиной века завоевал Галицкую Русь. С точки зрения Матейко в этот момент польский народ достиг оптимальных границ на юго-востоке. Дальнейшее движение к Днепру и далее угрожало включением в состав королевства земель слишком обширных, слишком диких и таящих слишком большие опасности для Польши. Русь в границах будущего воеводства русского, близкая к западной культуре, связанная старыми торговыми, культурными и политическими узами, - вот чем следовало ограничиться. Отсюда и завоевание просто "Руси" в названии, а не "Руси Галицкой" или "Малой", например.

Во-вторых, речь о культурном освоении русских земель на основе веротерпимости и мирного проникновения католичества и польских традиций.

Мы видим, что вся правая часть картины посвящена, как это назвали бы в националистическом 19-м веке, "непольским элементам". Евреи, "прославляющие величие церкви", стоят на коленях в правом нижнем углу. Процессия православного духовенства (хорошо виден восьмиконечный крест) подошла к месту строительства католического храма от храма православного. Там же, за их спинами, армянская церковь, а далеко на заднем плане виднеется в центре крепость князя Льва Даниловича.

Так вышло, что правнук Льва, последний князь галицкий Юрий Болеслав, был одновременно Пястом из мазовецкой ветви, кузеном и свояком Казимира (оба они были женаты на дочерях Гедимина). Так что когда в 1340 году Юрий Болеслав умер (возможно, он был отравлен боярами), Казимир объявил себя его наследником. Начался долгий и запутанный конфликт. Противником польского короля был Любарт (конечно, не племянник, а брат Ольгерда), муж двоюродной сестры покойного Юрия Болеслава, использовавший помощь братьев и Орды.

Картина фиксирует компромисс, достигнутый в 1366 году, и решивший вопрос для польского короля, умершего уже через четыре года, но не для его преемников. Любарт сохранил только часть Волыни; другой частью этой земли стал править один из его племянников Александр Кориадович как наместник Казимира. А земля Галицкая была включена в состав Польского королевства.

Мы видим на картине двух самых непримиримых противников Польши в этой войне, так и оставшихся вне сферы польского влияния. Они стоят в окружении православного духовенства, что логично. Сразу вправо от восьмиконечного креста, за православным митрополитом. Один из них - Любарт, видный проводник литовской "политики зятьёв". Его брат Ольгерд был князем-"зятем" в Витебске, а Любарту пришлось воевать за Волынь. После смерти Казимира он, кстати, смог отбить Владимир, а после смерти Лайоша Великого, будучи уже глубоким стариком, он выкупил ещё ряд русских городов у венгерских наместников. Вторая его жена была внучкой Ивана Калиты (почему Любарту удавалось иногда использовать московскую помощь), а потомками по одной из версий были князья Сангушко. Знаменитое и заслуженное семейство.

Другой непримиримый - князь Даниил, первый известный истории князь Острожский. Вероятно, Рюрикович; есть версии о его происхождении от Гедимина, но это, думаю, вряд ли. Какой-то князь Даниил скрепил своей подписью договор о разделе Волыни - возможно, это был именно князь Острога. Потомки его сына стали позже "королями Руси", а потомки дочери - царями в Москве, уже без кавычек (первый князь Глинский был зятем первого князя Острожского).

Левее, на границе между представленными здесь двумя мирами, стоят на коленях ещё трое вельмож, по рождению принадлежавших к условному "русскому" лагерю. Держит руки на груди Димитр Дядько, боярин, в 1340-х годах правивший в Галиче как "староста земли Русской". Он пытался лавировать между сторонами конфликта, то заключая союз с Любартом, то становясь вассалом Казимира. Последнее и имеет в виду Матейко, изображая его здесь, хотя Димитр и умер примерно в 1349 году. "Переименование" боярина во всего лишь перемышльского старосту должно, видимо, уменьшить масштабы его деятельности и увеличить его зависимость от Польши в глазах зрителя.

Левее, лицом к нам, стоит на коленях князь Юрий Наримонтович - внук Гедимина (его отец погиб в бою с тевтонскими рыцарями), когда-то союзник Любарта, получивший от него княжество Белзское, а с 1366 года - вассал польской короны. В придачу к Белзу он получил от Казимира Холм, но после смерти сеньора снова начал "творить вред и измену".

Самым последовательным союзником Польши был Александр Кориадович, стоящий на переднем плане в профиль к зрителю. Тоже внук Гедимина, один из целой обоймы братьев, правивших Подолией (возможно, к ним принадлежал и небезызвестный Дмитрий Боброк), принявший католичество и теперь ставший вассальным Польше князем Волыни. Здесь он определённо положительный герой, обладающий большими заслугами в деле распространения на восток католичества и "польского духа". Характерно, что, хотя и Юрий, и Александр держат поднятыми два пальца правой руки (это знак присяги), только у последнего есть документ с печатью - видимо, на право владения княжеством.

Итак, люди из "русского мира" наблюдают за тем, как укореняется на их земле западная культура. Краеугольный камень в эту самую минуту опускается на фундамент; Казимир роняет перстень как залог исполнения обещаний, строитель справа внизу с ушатом, наполненным известью, уже держит наготове молоток, чтобы подать его королю. С интересом наблюдает за происходящим католический монах - его фигура в чёрном практически в центре картины. Это Ян Сухивилк (видимо, так?), канцлер краковский, позже - архиепископ гнезненский и коронный канцлер. Он был ближайшим сотрудникм Казимира в деле централизации Польши, а попутно боролся за освобождение польского духовенства от податей и за укрепление могущества своей родни. Он создал первую в истории Польши ординацию - Кобылянскую в люблинском воеводстве и передал её своим племянникам. Известно ещё, что он лично профинансировал поход Лайоша Великого на отложившегося князя Юрия Наримонтовича, поучаствовав и таким образом в "завоевании Руси".

Рядом с королём стоит с документом об основании храма в руках Отто из Пильцы - в те времена ещё не сандомирский воевода, а "староста русский". В этом качестве он 20 лет работал над первоначальной интеграцией Руси в состав Польши. Умерев в 1384 году, Отто сделал свою единственную дочь самой богатой дамой королевства, и это здорово повлияло на её судьбу, в которой были похищения, убийства неудачливых претендентов - и польский престол. Об Эльжбете Пилецкой, она же Эльжбета Грановская, я писал здесь: http://fon-eichwald.livejournal.com/7902.html

Бравый рыцарь справа от доминиканца - Владислав Опольчик, силезский князёк из самой многочисленной и соответственно самой захудалой ветви Пястов. Его бабка была родной сестрой Казимира, отсюда и высокое положение, которое занимал Опольчик при королевском дворе. В правление Лайоша Великого (двоюродного дяди) Владислав был наместником Руси, преследуя в первую очередь не польские, а венгерские интересы. Королева Ядвига это быстро прекратила...

Справа от Опольчика - икона. Это "Чёрная мадонна", написанная якобы евангелистом Лукой и находившаяся с конца 13-го века в Белзе. Князь Владислав перевёз этот образ в Ясногорский монастырь под Ченстоховой, где он и стал одной из самых знаменитых христианских икон и символом польской нации. В этом переносе можно при желании увидеть символизм: объединение разных территорий в рамках общего христианского пространства.

За Опольчиком стоят двое малопольских вельмож, поддержавших, по словам Матейко, идею переноса иконы на Ясную Гору: Ян из Мельштына, воевода сандомирский (это его сын Спытко, упоминающийся в "Крестоносцах", погиб на Ворскле), и маршалок Збигнев из Бжезя, предок могущественного рода Ланскоронских.

Благословляет всех присутствующих архиепископ гнезненский - не Якуб Свинка, как пишет художник, некритично повторяя слова Длугоша, а Ярослав Богория (канцлер Ян был его родным племянником). Надо добавить, что Длугош обманул Матейко ещё в одном: католическая архиепархия на русских землях была основана Казимиром не во Львове, а в Галиче. Только при Владиславе Ягелле Львов стал столицей диоцеза.

За спиной архиепископа теснятся львовские "патриции". Изобразив их здесь, а не рядом с "греческим" духовенством, Матейко подчёркивает, что Львов в те времена был уже в значительной степени польским городом, а не русским.

На заднем плане - трон королей и князей галицких, тот самый, который художник упомянул в своём описании. Возле него стоят подконюший краковский Пелка из Косцельца и подскарбий Гинча из Рогова. А над ними - орёл Пястов, и в самом деле дополненный ещё четырьмя гербами. Лев вверху слева - герб созданного позже русского воеводства; вверху справа - волынский крест; орёл внизу слева - герб Перемышля, а внизу справа угадывается белзский грифон.

Вот так выглядит в изображении Матейко очередная победа цивилизации на Востоке. В первой картине серии поляки принимают католичество; спустя ровно 400 лет они уже несут свою религию и культуру на восток. Великая польская миссия! Как бы мы к этому ни относились, эти события будут восприниматься так очень многими.
Tags: 14-й век, Галицкое княжество, Казимир Великий
Subscribe

  • Роберт Брюс вне закона

    Посмотрел. И не уверен, что снимать это стоило. Чёрный Дуглас хорош, а Брюс нехорош совсем; грязевая битва при Лаудон-Хилле получилась очень…

  • Моя семья: лагеря и расстрелы

    День памяти жертв политических репрессий был вчера, но написать об этом никогда не поздно. Странную вещь обнаружил я. Где бы в соцсетях ни заходила…

  • Опять о "Пуританах". И о декабристах.

    На днях мне приходилось писать об одном романе Вальтера Скотта, повлиявшем на "Тараса Бульбу" Гоголя. Интересно, что "Пуритане" (вернее, "Шотландские…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 44 comments

  • Роберт Брюс вне закона

    Посмотрел. И не уверен, что снимать это стоило. Чёрный Дуглас хорош, а Брюс нехорош совсем; грязевая битва при Лаудон-Хилле получилась очень…

  • Моя семья: лагеря и расстрелы

    День памяти жертв политических репрессий был вчера, но написать об этом никогда не поздно. Странную вещь обнаружил я. Где бы в соцсетях ни заходила…

  • Опять о "Пуританах". И о декабристах.

    На днях мне приходилось писать об одном романе Вальтера Скотта, повлиявшем на "Тараса Бульбу" Гоголя. Интересно, что "Пуритане" (вернее, "Шотландские…